Архивы

Верьте Богу, доверяйтесь Его всегда благой о нас воле. И ничего не бойтесь в жизни, кроме греха. Только он лишает нас Божьего благоволения и отдаёт во власть вражьего произвола и тирании.

Архимандрит Иоанн Крестьянкин

Плакид Янковский. Птенец гнезда Иосифова.

Протоиерей Плакид Янковский

Протоиерей Плакид Янковский

Среди деятелей Церкви, чья жизнь прошла на белорусской земле, особый интерес вызывают сподвижники митрополита Иосифа Семашко, подготовившие процесс воссоединения унии. Одной из наиболее колоритных фигур среди них является протоиерей Плакид Янковский – педагог, публицист, писатель, чья жизнь тесно связана с Жировичами. В свое время имя этого человека было несправедливо забыто.  В 1840-1850-х годах он принадлежал к числу наиболее читаемых писателей в пределах Польши и Беларуси.

Янковский Плакид Гаврилович родился 20 сентября 1810 года в деревне Войской Гродненской губернии (ныне Каменецкий район Брестской области), где его отец служил священником в униатском приходе. Мальчик вырос в среде мелкопоместной белорусской шляхты с ее патриархальными родовыми традициями, не отличавшимися почти ничем от крестьянских. Воспитание, впечатления ранних лет предопределили позицию Янковского как патриота, сохраняемую им всю жизнь. В доме отца Плакид оставался до восьми лет, затем был отдан на год в Свислочскую гимназию, а оттуда переведен в Брестскую базилианскую униатскую школу.

В 1826 году Плакид становится воспитанником т.н. Главной семинарии при Виленском университете, из стен которой вышли многие известные деятели Церкви.

Завершив в 1830 году с отличием Виленский университет и курс Главной семинарии со степенью магистра богословия, Плакид Янковский в том же году направляется преподавателем в открытую в 1823 году в Жировичах Литовскую униатскую семинарию. Вел в ней польскую литературу, обучал семинаристов латинскому и французскому языкам.

Есть сведения, что Янковский 25 марта 1833 года защитил в Виленской Духовной (Римо-католической.— В.К.) академии степень доктора богословия. Интересно, что это учебное заведение было недоступно для униатских семинаристов, поэтому к экзаменам Янковский был допущен исключительно как магистр Виленского университета. Не случайно власти впоследствии не признавали этот диплом. Лишь в частной переписке о. Плакида иногда величали доктором, в официальном же обращении он оставался магистром.

  В 1831 году он женился на избраннице сердца Елене Тупальской – дочери председателя Литовской униатской консистории протоиерея Антония Тупальского. С ней Плакид Янковский в согласии прожил 35 лет.

20 августа 1833 года Янковский принимает священнический сан. В том же году он становится профессором семинарии.

В начале 30-х годов Плакид Янковский вместе с другими деятелями униатской церкви, поддержавшими епископа Иосифа Семашко, выступил активным сторонником упразднения унии. Сподвижниками епископа Иосифа были прежде всего белорусы, осознававшие Православие не как национальную принадлежность, а как вероисповедание. По поручению епископа Иосифа отец Плакид неоднократно проводил беседы с духовенством, в которых объяснял значение и необходимость возрождения в униатской церкви православных обрядов. С этой целью он подготовил богословское исследование, в котором опровергались католические догматы о первенстве римского папы и нисхождение Святого Духа «и от Сына». В 1839 году в сане протоиерея, в должности асессора Литовской консистории (вел в ней вопросы строительства и учета) и профессора семинарии девятым по списку среди ста четырнадцати духовных лиц Янковский подписал акт о ликвидации церковной унии. Он сделал этот шаг сознательно, свободно и без всякого внешнего воздействия. В то же время, он был единственным преподавателем семинарии, кто воспользовался привилегией, данной униатскому духовенству: не носил бороду и рясу. Митрополит Иосиф Семашко, понимая его симпатии к старым униатским привычкам, не принуждал менять их, а только подшучивал. «Передайте Янковскому, – говорил митрополит, – что теперь все носят бороду и что даже сам папа хочет отпустить ее».

Иосиф Семашко высоко ценил эрудицию Янковского. Поддерживая с ним добрые отношения, он бывал у него дома. К Плакиду Янковскому, как непосредственному участнику событий устранения унии, позднее не раз обращались издатели с просьбами представить о них воспоминания. На одно из таких предложений о. Плакид отвечал редактору «Виленского Вестника», директору Виленской гимназии, впоследствии своему биографу М. Де-Пуле: «…Факты, может быть, в нашу утилитарную эпоху играли важную и видную роль, а в Царстве Небесном, и со временем в области самой даже истории важнее, может быть, фактов будут считаться причины их и побуждения. Но эти варианты, без всякого впрочем, ущерба для истории, тихо со мной так и сойдут в могилу». О себе лично он мог говорить лишь с дистанции в несколько десятков лет.

Воссоединение с Православием застало Плакида Янковского в положении полного доверия к нему архиепископа Иосифа (Семашко) и епископа Антония (Зубко). Об этом свидетельствуют его повышение по службе: заседатель (1835), вице-председатель консистории (1840), протопресвитер (1837), младший, а затем соборный протоиерей (1838); и награды — золотой наперсный крест (1838), ордена св. Анны второй и третьей степени, фиолетовая бархатная камилавка, определенная особым распоряжением Св. Синода (1842) .

Авторитет и влияние Плакида Янковского на духовенство были неоспоримы, – там, где местная духовная власть часто пасовала, нескольких убедительных его слов было вполне достаточно, чтобы сломить даже самое закоренелое упрямство. Прихожане к протоиерею относились с любовью и безграничным доверием.

Возвышенным идеалом убогого сельского священника, к числу которых Янковский причислял и себя, было служение простым людям. Отец Плакид с большой симпатией относился к простым белорусам, крестьянам, крайне зависимым от капризов и воли помещиков. В то же время идеализировал патриархальные отношения между «двором» и деревней. Суть своего отношения к родной земле он определил в 1857 году в «Воспоминаниях из Слонимских школ» следующим образом: «… Коснувшись земли снова, подобно Антею, чувствуем в себе силу, которая идет только от земли».

В обыденной жизни Плакид Янковский всегда стремился к покою в окружении искренних, сердечных, близких ему по духу людей. В Жировичах нашли приют три сестры жены о. Плакида. Мать его жены стала ему второй матерью – доброй, благожелательной, рассудительной. Янковским соседствовали сослуживцы. Все располагались своими домами в каких-нибудь 100 – 200 шагах друг от друга. Среди них в согласии и гармонии протекала жизнь.

Мягкие притягательные жировичские околицы, маленькое милое местечко, как бы приютившееся под внушительными стенами монастырских громад, удивительный покой, разлитый в тонущем в зелени окружении, оказывали на священника, писателя, главу семейства благодатное воздействие. Близкие друзья утверждали, что им не доводилось встречать людей, так искренне любящих свой край, свой родительский уголок, как это было свойственно Плакиду Гавриловичу. Общение с родиной, восприятие ее красот были важной частью его жизни.

Перенесение в 1845 году в Вильно Литовской Духовной консистории и семинарии вынудило Плакида Янковского переселиться туда же на положение настоятеля виленской   церкви Святителя и Чудотворца Николая. В Вильно он отправлялся неохотно, жалея оставленные Жировичи.

Привычка к тихой уединённой жизни, сравнительная дороговизна городского существования при небольших доходах и большой семье (у него было пятеро своих детей и шестеро сирот умершей сестры, вдовы кафедрального протоиерея в Вильно Ипполита Гомолицкого), расстроенное здоровье заставили Плакида Янковского просить о переводе из города. Архиепископ Иосиф учел эти обстоятельства и отпустил его на сельское священничество. О. Плакид был направлен благочинным в имение помещика Пусловского в местечко Белавичи Слонимского уезда. В Белавичах Плакид Янковский прослужил до 1858 года. Окончательно расстроенное здоровье вынудило его проситься на покой. Ему было 48 лет. Янковский приобрел в желанных ему Жировичах дом возле самого монастыря и там провел оставшиеся четырнадцать лет жизни.

О Жировичах П. Янковский отзывался мягко и тепло: «Это место настолько красивое, настолько счастливое…, что каждый раз… отдыхаю тут целыми днями так радостно, ощущая такие сладость и запахи вокруг, что говорю себе вечером: «Ох, тут бы мне жить и умереть!» Он часто ссылался на местное народное поверье: «Умереть – это пойти на гору св. Георгия, т.е. на гору, на которой возвышается  кладбищенская церковь во имя св.  вмч. Георгия».

Склонность к литературным трудам Плакид Янковский вынес из Виленского университета, где среди его друзей были подающие надежды писатели. Стал пробовать себя в прозе и стихах с 30-х годов XIX века, но настоящего признания достиг в 40-50-е годы, т. е. когда уже стал православным священником. Писал много, большей частью о том, что хорошо знал – о мещанской, крестьянской и священнической средах того времени. Тонко передавал патриархальную поэтичность своей земли и ее народов.

В жанровом отношении творчество П. Янковского довольно разнообразно –художественная проза, стихи, очерки. Он переводил на польский с английского, итальянского, немецкого, в том числе Шекспира, Гете, Пушкина. Издал на польском языке около двадцати книг.

Свойственный П. Янковскому юмор затрагивал, но никогда не ранил и тем более не убивал. Литератор выбирал для описания лишь то, что следовало любить, чему можно было улыбнуться, но никогда то, что нужно было ненавидеть. Знал хорошо то, что любил, с чем сросся. Он был одним из тех особенных писателей, которые больше читают, нежели пишут, и не делают ремесла из своей духовности. Для о. Плакида главным было проникновение в окружающую жизнь вплоть до полного растворения в ней. Такое состояние было ему присуще изначально и составляло часть его жизненного идеала, проявившись в одном из стихотворений цикла «Предбрачные письма»:

 «…Итак, что же такое счастье? Надежда, воспоминания!

Или это может быть полсчастья:

Минуты забытья!»

В качестве псевдонима писатель избрал английский вариант анаграммы своего имени Плакид. По мнению Т. Добшевича псевдоним нужен был лишь для того, чтобы имя Янковского не ассоциировалось с именем священника – отступника, отталкивая читателей от его польскоязычных произведений. Его веселый, свободный Джон оф Дикалп также имел со священником мало общего. Писательство не всегда сочеталось со священническим статусом Плакида Янковского. Друзьям приходилось не раз защищать писателя, доказывая, что далеко не все его произведения лишены значимости. С 1856 года о. Плакид приостановил публикации. Случилось так, что он намного пережил свою литературную популярность…

В последние годы жизни языком творчества П. Янковского стал исключительно русский. О. Плакид сотрудничал с «Литовскими Епархиальными Ведомостями», в которых опубликовал, начиная с 1863 года, более двадцати статей, посвященных христианской тематике. Три произведения – «Пасхальные куличи», «Крестьянская правда» и «Никто как Бог» – объединены автором одной рубрикой: «Из записок сельского священника». Особенное значение обрели очерки недавнего и современного быта воссоединенного духовенства под общим названием «На рубеже». Весьма важный раздел русскоязычных публикаций П. Янковского – некрологи. Им даны жизнеописания М. Бобровского (семинарского учителя будущего митрополита Иосифа), П. Ситкевича, А. Тупальского., И. Гомолицкого и др. Это были попытки дать обобщенный портрет православного священника – подвижника униатского и послеуниатского времени.

Янковский выступает, помимо всего, подготовленным краеведом. Это качество особенно выявилось в «Заметке о Сынковичской церкви». Его суждение, что прошлое лучше всего подтверждается документами, соединенными с живым местным преданием, актуально и в наши дни.

В 1867 году умирает жена Плакида Янковского. Эта потеря подорвала его и без того слабое здоровье. Он прожил еще несколько лет благодаря лишь силе своего духа. Последние годы Плакид Гаврилович провел в одиночестве, редко появлялся в обществе. Его развлечениями оставались: летом – работа в огороде, зимой – книги. Он продолжал пользоваться вниманием и уважением православных, о нем помнили во время праздничных торжеств и спешили к нему домой засвидетельствовать свою признательность.

Надгробный памятник в Св.-Георгиевской церкви в Жировицах

Скончался Плакид Гаврилович Янковский 28 февраля (11 марта) 1872 года на руках двух сыновей и двух дочерей. Похоронен он в Жировичах, в кладбищенской церкви св. Георгия Победоносца, рядом с прахом жены Елены. Посетивший скромную Свято-Георгиевскую церковь увидит на стене довольно большую памятную таблицу с надписью на русском языке «Родителям – протоиерею Плакиду Янковскому (1810 – 1872) и Елене Янковской (1817 – 1867). Дети». В верху памятной доски шестиконечный крест, внизу – окрыленная клепсидра (песочные часы). На полу вход к гробу закрывает серый камень с инициалами «Н. J. ХII. 1867». Его поставил соборный протоиерей на гроб своей возлюбленной жены Елены. Камень с такими же инициалами лежал у окна дома Янковских. Сохранилось предание, будто бы Елена Янковская приняла кончину именно у этого окна, получив известие о гибели сына, обучавшегося в одном из московских учебных заведений…

  Несмотря на то, что архив и переписка писателя частично публиковались после его смерти, на долгие годы его имя оказалось забытым. Издательским отделом Братства Святых Виленских Мучеников подготовлен к печати сборник церковных очерков П. Янковского под названием «Записки сельского священника», изданный в 2004 году.

 

 По статье В.Н. Киселева

источник: СППС — сайт прихода Свято-Петро-Павловского собора г. Минска

Православный день