«…И се Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20)

Доклад настоятельницы Спасо-Евфросиниевского митрополичьего женского монастыря в г. Полоцке игумении Евдокии (Левшук) за круглым столом «Практическое исполнение монашеских обетов в условиях современности» (Елисаветинский женский монастырь, г. Минск, 16 августа 2026 года).

 Ваше Преосвященство Владыка Порфирий! Досточтимые отцы, всечестные матушки игумении, дорогие братья и сестры!

 Начать свое выступление мне хотелось бы словами из «Изречений преподобного Антония Великого и сказания о нем»: «…некто спрашивал его: “Что мне делать, чтобы угодить Богу?”. Святой Антоний отвечал: “Куда бы ты ни пошел, всегда имей Бога перед своими очами; чтобы ты ни делал, имей на то свидетельство в Священном Писании; и в каком бы месте ты ни жил, не скоро уходи оттуда. Соблюдай сии три заповеди – и спасешься”»[1].

А чтобы постоянно соблюдать все это, преподобный Антоний убеждал не послаблять себе ни в чем, но с терпением хранить всегда тот же дух ревности, говоря: «Монах, который несколько дней подвизается и потом послабляет себе, потом опять подвизается и опять нерадит, – такой монах все равно что ничего не делает и никогда не достигнет он совершенства жизни, за недостатком постоянства ревности и терпения»[2].

Сегодня, в XXI веке мудрый совет отца монашества также актуален, как и в III веке. Суть монашества остается неизменной в любую эпоху. Это подвиг непрестанного обращения ума и сердца к Богу. Монах – тот, чье сердце живет и дышит именем Иисуса Христа, и было бы ошибкой думать, будто в древности все было проще, а сейчас «стало тяжелее», или наоборот – будто раньше борьба была только «телесной», а теперь она исключительно «информационная». Меняются лишь внешние формы искушений, с которыми мы сталкиваемся, монашество же находится вне времени. И хотя каждое столетие ставит перед монашеством свои вызовы: сначала гонения, затем догматические споры, потом обмирщение и, наконец, тотальная доступность всего в наши дни, однако вечным во все времена остается призыв Господа: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свои и следуй за Мною» (Мф. 16:24).

Цель всей нашей жизни – уподобиться Господу Иисусу Христу, и монашеские обеты – лишь инструменты, которые освобождают человека от земных привязанностей для главной цели – жизни во Христе и обóжения. «Как похоть плоти, похоть очей, гордость и плод их – преслушание воли Божией были причиною падения первозданных человек и проклятия Божия, так девство, нестяжательность и послушание – добродетели, противоположные тем трем порокам, должны служить средствами к восстановлению в первобытное совершенство…»[3].

Монах дает обеты не на какое-то определенное время, а на всю жизнь до самой смерти. И хотя один дал обет в первом веке, второй – в двадцать первом, а третий будет это делать в двадцать третьем – все они стоят перед Своим Творцом, для Которого «тысяча лет как день вчерашний» (Пс. 89:5). С момента принятия пострига их жизнь и слова должны стать неразрывным целым для служения Богу. Монах, отрекаясь от всего земного, делает шаг навстречу Богу, а Бог отвечает ему Своим неизменным присутствием. «Приблизьтесь к Богу, и приблизится к вам» (Иак. 4:8), – говорит апостол Иаков.

Путь монаха – это путь постоянной духовной борьбы со своими страстями. Для того, чтобы оставить мир, родных, привычный комфорт, необходимо огромное мужество и горячая любовь к Богу. И именно здесь обещание Спасителя «и се, Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20) становится для монаха главной опорой. Оно говорит о том, что Бог будет с нами всегда: и в минуты радости, и в часы кажущейся богооставленности. Мы предали себя Господу, и с этого момента Он берет нас за руку и больше не отпускает. Не отпускает до самой кончины века, и об этом мы должны помнить всегда.

Апостол Петр шел к Спасителю по водам, как по суше, пока его взор был прикован ко Христу. Как только Петр перевел взгляд на бушующую бездну, он начал тонуть. Так и монах, пока в молитве «ходит» над бездной страстей и помыслов, Господь Своей десницей действительно удерживает его над пропастью и дает силы все терпеть. Потеря памяти о Боге равносильна тому, что мы перестаем видеть десницу Христа, протянутую нам, и тогда мир со всей своей силой тяжести начинает затягивать нас в пучину. Если же мы исполнили сознательно хоть одну заповедь Спасителя, если мы терпим ради Него что-то трудное, то это значит, что в нас живет Христос. И первая наша обязанность – благодарить Бога, так как, по словам святителя Иоанна Златоуста, ничто так не приятно Богу, как душа признательная и благодарная.

А практически это осуществляется так. Ты вчера после послушания легла в 1:00 ночи, сегодня встала в 5:00 утра, молилась, на службе стояла, причастилась, никого не осудила, хотя все вели себя не так, как надо. Кто-то неправильно читал, кто-то фальшивил, кто-то встал не на то место, кто-то разговаривал… Но ты, совершенно маленький человек, «немудрый» и «немощной» (1 Кор. 1:27), которого возлюбил Господь так, что поставил тебя в ряды Своего воинства, понимаешь, что это Сам Господь поднял тебя утром, за руку привел в храм и в молитве коснулся твоего сердца. Сама по себе ты ничего не можешь. Это Бог помог тебе это сделать, потому что Он Сам говорит нам: «Без Меня не можете творити ничесоже» (Ин. 15:5). И не важно, какое послушание тебе дали. Ты слушаешься – и Господь дает тебе Свою благодать.

Мы пришли в монастырь, произнесли слова обетов и теперь от нас требуется только не выходить обратно, остаться в этом звании и пребывать в этом послушании, которое поручил нам Господь, претерпевая все то, что выпадает нам по воле Божией. И главное, что требуется от монаха во все времена – это поддерживать в себе дух ревности и горения, чтобы не стать «теплохладными» после прихода в монастырь. Святитель Феофан Затворник считал, что дух ревности – это единственная для нас спасительная сила. Если дух ревности угасает, духовная жизнь замирает. Главная проблема современного монашества в том, что мы начинаем надеяться на себя, на свои силы, на свой опыт, а не на Бога. Святые отцы единодушно предупреждают нас об этой опасности. Преподобный Иоанн Лествичник говорит, что если огонь ревности покинул тебя, ты должен узнать, за какой грех он тебя оставил, и только после этого сможешь его вернуть. Как часто мы, вместо того, чтобы ревновать о богоугождении, начинаем ревновать о своем комфорте и о своем мнении, и тогда первая ревность, с которой мы приходим в монастырь, угасает, как свеча без елея.

Апостол Павел заповедал нам: «Духа не угашайте» (1 Фес. 5:19). И дух этот поддерживается постоянным обращением ума и сердца к Богу, непрестанной молитвой, участием в богослужениях, чтением святоотеческого наследия, богомыслием, усердным исполнением монашеских трудов и безропотным послушанием игумену или игумении.

Замечательные слова поддержки произнес апостол Павел своему ученику Тимофею, а в его лице и всем, кто искренне возлюбил Христа: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил; а теперь готовится мне венец правды… и не только мне, но и всем, возлюбившим явление Его» (2 Тим. 4:7-8). Апостол Павел прошел с проповедью тысячи километров, основал многочисленные христианские общины, совершил великие чудеса, написал 14 посланий, претерпел множество лишений, но главное, как сам он говорит – это верность своему призванию до самой смерти. Господь пребывает с теми, кто верен Ему. Наше дело – хранить с помощью Божией обеты, данные при постриге, и свидетельствовать миру о том, что Царство Христово «не от мира сего» (Ин. 18:36). Если мы несем свое иго ради Христа, Он Сам облегчает его. Сам Спаситель сказал: «иго Мое благо, и бремя Мое легко есть» (Мф. 11:30).

Размышляя о том, как практически исполнить монашеские обеты сегодня, правильнее спросить: а изменился ли Сам Бог? Изменилось ли Евангелие? Изменилась ли любовь? Нет. «Иисус Христос вчера и сегодня и вовеки – Тот же» (Евр. 13:8). И потому все практическое исполнение монашеских обетов укладывается в простую истину: оно держится не на внешних условиях, а на внутреннем горении. Игумен может лишить монаха телефона и Интернета, отправить в самый отдаленный скит, но монах так и не начнет подвизаться, если на первом месте у него не будет Бога. Главное «поле боя» монаха – его ум и сердце. И если он возлюбил Христа так, что обет стал для него единственно возможным образом жизни без скидок на усталость и без оглядки на дух времени, тогда не надо будет искать способы исполнения обетов во временных рамках. И закончить свое выступление мне хочется словами преподобного Симеона Нового Богослова:

«Монах есть тот, кто миру непричастен,
Кто говорит всегда с одним лишь Богом,
Кто, видя Бога, сам бывает видим,
Любя Его, он Им любим бывает
И, светом становясь, всегда сияет».

Благодарю за внимание.

[1] Добротолюбие : В русском переводе, дополненное : [В 5 т.]. – Изд. 2-е. Иждивением Русского на Афоне Пантелеимонова монастыря. – Москва : Типо-лит. И. Ефимова, 1895-1901. / Т. 1. – 1895. – 638, II с. / Изречения св. Антония Великого и сказания о нем. Электронный ресурс: https://azbyka.ru/otechnik/Antonij_Velikij/izrechenija-prepodobnogo-antonija-velikogo-i-skazanija-o-nem/#source.

[2] Там же.

[3] Епископ Петр (Екатериновский). О монашестве. Издательство имени Святителя Игнатия Ставропольского, 1998, репринт. С. 31.

Источник:monasteri.cerkov.ru