Архивы

Верьте Богу, доверяйтесь Его всегда благой о нас воле. И ничего не бойтесь в жизни, кроме греха. Только он лишает нас Божьего благоволения и отдаёт во власть вражьего произвола и тирании.

Архимандрит Иоанн Крестьянкин

МОГИЛЕВСКИЙ АРХИПАСТЫРЬ СВЯТИТЕЛЬ ГЕОРГИЙ (КОНИССКИЙ)

Георгий (Конисский), архиеп. Могилёвский, Мстиславский и Оршанский. Гравюра. XIX в.

В течение XVII и XVIII веков положение Православия на территории Речи Посполитой было весьма тяжёлым. Православных белорусов старались полностью ополячить и окатоличить. В 1717 году им было запрещено строить новые храмы и ремонтировать старые. Затем православные лишились права избирать депутатов сейма и занимать любые общественные должности. В 1736 году рукополагать и назначать на приходы православных священников стало возможным только по соизволению самого короля. Православные храмы насильно отнимались и обращались в униатские. По Украине и Белоруссии ходили католические миссионеры, старавшиеся обратить православных в католицизм. Так как убеждения не помогали, в ход шли угрозы и насилия. Многочисленные факты насилия со стороны католиков собраны на основании польских документов Николаем Николаевичем Бантыш-Каменским [1]. Архиепископ Филарет (Гумилевский), опираясь на исследования Бантыш-Каменского, описывает страдания православного духовенства: «… священников привязывали к столбам, били плетьми. Сажали в тюрьмы, морили голодом, травили собаками, рубили им саблями пальцы. Ломали руки и ноги; кто и затем оставался еще в живых, но не хотел унии, тех выгоняли из домов, и приюта изгнанникам и семействам их не смело давать сострадание».[4] Оскорбления и унижения терпели и православные архиереи. Из четырех православных епископских кафедр, существовавших на территории Речи Посполитой в конце XVII века, осталась лишь одна в Могилёве-на-Днепре.

  В России сочувствовали православным единоверцам в Речи Посполитой, однако правительство не решалось применить силу для защиты их прав.  Дипломатические же меры результатов не давали.

 В 1755 году Святейший Синод Русской Православной Церкви назначил епископом Могилёвским и Мстиславским архимандрита Георгия (Конисского), ректора Киевской Духовной Академии. Будущий святитель Георгий  родился в 1717 году в городе Нежине Черниговской губернии, в святом крещении был назван Григорием. Он происходил из видного казачьего рода (по другим сведениям – из  знатной семьи украинских дворян Конисских)[3]. Григорий Осипович получил образование в Киево-Могилянской Академии, которую закончил «с особым отличием» и был оставлен при ней преподавателем. В стенах Академии Григорий изучил иностранные языки (польский, латынь, греческий, древнееврейский, немецкий), поэтику, философию, богословие. В 1744 году Григорий Конисский принял монашеский постриг с именем Георгий, в честь святого великомученика Георгия Победоносца, в 1747 году был рукоположен в священный сан.  В 1751-1752 гг. Георгий (Конисский) получил назначение на пост ректора Академии и настоятеля Киево-Братского монастыря. Он преподавал богословие и составил курсы лекций по богословию и философии.

Епископская хиротония Георгия состоялась в Киевском Софийском соборе. Прибыв в Могилев, святитель нашел свою кафедру в сильно запущенном состоянии. У православных были отобраны не только храмы, но и земельные угодья. Восстанавливать обветшавшие и строить новые церкви, даже на месте сгоревших, не разрешалось. Святитель стал посещать приходы и монастыри, знакомиться с жизнью своей паствы, стараясь ободрять верующих. Одним из первых шагов святителя Георгия стало основание им в 1757 году в Могилеве духовной семинарии. Также при архиерейском доме была устроена типография, где печаталась духовная литература.  [2]

В 1759 году, во время поездки в Оршу, святитель Георгий едва не лишился жизни.  В этом городе активно действовала доминиканская миссия, совращавшая православных в католичество. После литургии в Оршанском Кутеинском монастыре святитель Георгий произнес проповедь, в которой сказал, что новоявленные миссионеры-доминиканцы не от Христа посланы. Находившийся в храме переодетый католический миссионер донес о словах православного епископа своему начальству. Когда назавтра святитель Георгий направился в оршанский городской собор, толпа монахов-доминиканцев, шляхтичей и солдат встретила его криками и насмешками. Католики напали на православных, вышедших навстречу своему епископу с хоругвями и иконами. Святитель добрался все-таки до собора, но совершить богослужение ему не удалось. Толпа католиков, подстрекаемая доминиканцами, ворвалась в храм и разогнала молящихся. Святитель Георгий скрылся в Кутеинском монастыре, но разъярённые католики окружили обитель и грозились убить епископа. Святитель вынужден был тайно бежать от преследователей в телеге, лежа под наваленным в ней навозом. После этого происшествия он на некоторое время вынужден был прекратить свои поездки по епархии, оставаясь в Могилёве.

Другой случай произошёл в самом кафедральном городе. В ночь с 28 на 29 января 1760 года воспитанники иезуитской коллегии, вооружившись ружьями, саблями и дубинами, под предводительством католического священника Михаила Зеновича напали на дом епископа Георгия и православную семинарию в Могилёве. Они разгромили архиерейский дом, ранили нескольких монахов и служителей, собирались расправиться с самим святителем Георгием, но епископ  укрылся в  подвале своего дома.

Епископ Георгий  доводил до сведения Святейшего Синода обо всех  злоключениях своих и своей паствы, но помощи из Петербурга не было никакой. Святитель приходил в отчаяние.  «Ежели скорой помощи не  можно подать, — писал он в столицу, — прошу учинить милость с душею моею и, снявши с меня иго сие епископское, мне неудобоносимое, повелеть в каком-нибудь монастыре в России жити в чину монахов рядовых безмолвно, дабы мог я легшее испытание в день судный улучить, нежели какое ожидает здешнего беспомощного, а потому совсем недействительного епископа».[4]

Видя все тяготы, которые епископ Георгий претерпевал в Белоруссии, Святейший Синод решил перевести его на вакантную Псковскую кафедру. Однако Екатерина II не утвердила синодального постановления, заявив, что «Георгий нужен в Польше». Российский посол в Варшаве Кайзерлинг получил указание покровительствовать православным на территории Польского государства.

В октябре 1763 года умер король Речи Посполитой Август III Саксонский. Началась борьба за польскую корону. В 1764 году, благодаря поддержке Екатерины II, на польский престол был избран Станислав Понятовский. Согласно польским законам, при вступлении на престол нового короля общественные учреждения и официальные лица испрашивали у него подтверждения своих прав. Это касалось и православного епископа Георгия (Конисского). В 1765 году он отправился к королю, имея с собой  рекомендательную грамоту Екатерины II. Православного архиерея сопровождала охрана из русских драгун. Представ перед королем, святитель Георгий передал ему мемориал, в котором перечислял факты притеснения православных в Речи Посполитой и обращал внимание на то, что этими притеснениями грубо попираются собственные законы Польско-Литовского государства. Передавая мемориал, епископ Георгий  произнес блистательную речь на латинском языке, которая произвела сильное впечатление на Станислава Августа. Эта речь была переведена на русский, польский, немецкий и французский языки и напечатана во многих иностранных изданиях. (см. Приложение) Епископ Георгий завоевал в Европе громадную популярность. Вся Европа заговорила о страданиях православных в  Речи Посполитой.

 Станислав Понятовский обещал восстановить действие законов, ограждавших православие от произвола, однако все его попытки наталкивались на сопротивление католического духовенства, вельмож и шляхты. Папа Римский Климент VIII категорически был против, чтобы православным в Польше давались какие-либо права.

 В сентябре 1772 года произошёл первый раздел Речи Посполитой между Россией, Австрией и Пруссией. Россия получила Динабург (ныне Даугавпилс), Полоцк, Витебск, Оршу, Могилев, Мстиславль и Гомель с прилегающими к этим городам территориями. Воссоединение с Россией вызвало ликование среди православных белорусов. В Могилеве присяга императрице Екатерине II и ее наследнику Павлу Петровичу сопровождалась колокольным звоном в течение суток, пушечной пальбой, красочной иллюминацией. На присоединенных к России землях прекратились гонения на православных и были ограничены права католиков. В 1774 году святитель Георгий даже получил предписание из Петербурга — не принимать в православие желающих перейти в него из унии. В 1780 году Екатерина II посетила Белоруссию и тогда лично убедилась в стремлении многих униатов к православной вере. После этого запреты на возвращение униатов в православие частично были сняты. Появилась возможность присоединять целые униатские приходы, но только в том случае, если приход оставался без священника. Но и здесь епископ Георгий нашёл выход из затруднительного положения. Он принимал сначала священника, затем прихожане давали подписку в том, что желают присоединиться к Православной церкви и просят назначить им православного священника. Таким образом, бывший униатский священник, присоединённый к православию, возвращался на свой же приход.

  В 1783 году святитель Георгий (Конисский) был возведен в сан архиепископа и назначен членом Святейшего Синода. В 1785 году для православных приходов на территории Речи Посполитой Синод назначил особого епископа с титулом «Переяславский и Бориспольский». Им стал ученик святителя Георгия Виктор (Садковский), в течение 17 лет бывший его личным секретарем. Екатерина II особым указом разрешила епископу Виктору свободно принимать в Православие униатов. К 1789 году количество православных приходов на территории Речи Посполитой увеличилось с 94 до 300.

В 1792 и 1795 годах произошли второй и третий разделы Речи Посполитой, в результате которых это государство прекратило свое существование. К России отошли Белоруссия, Литва, Волынь и Подолия.  В 1793 году была образована самостоятельная Минская православная епархия, в состав которой вошли часть Белоруссии, Волынь, Подолия. Архиепископом Минским, Изяславским и Брацлавским был назначен Виктор (Садковский). На этот раз воссоединение белорусских и украинских униатов прямо поощрялось императрицей Екатериной II. В течение 1794-1796 годов к православию присоединилось около полутора миллионов униатов.

 Говоря о святителе Георгии, невозможно не сказать о его милосердии и нищелюбии. Всю жизнь он неустанно благотворил бедным, построил несколько госпиталей, станноприимниц и богаделен.

 Преставился святитель Георгий 13 февраля 1795 года после сорокалетних архипастырских трудов. Он оставил после себя большую библиотеку, также поэтические труды и переводы. Погребен он был в построенном им Спасском соборе Могилева. Над могилой архипастыря была прибита медная доска с сочиненной им самим эпитафией.

                        Колыбель – Нежин, Киев мой учитель;

                        Я в тридцать восемь лет назван: Святитель.

                        Семнадцать лет боролся я с волками.

                        А двадцать два, как Пастырь, отдохнул с овцами.

                        За претерпенные труды и непогоду

                        Архиепископом и Членом стал Синоду.

                        Георгий именем, я из Конисских дому.

                        Коню подобен был я почтовому.

                        Тут трупа моего  зарыты кости.

                        В год семисот пятый девяностый.

                                                        (1795 г.  февраля 13 дня).[4]

   В 1812 году французские мародеры вскрыли гробницу святителя Георгия. Его тело оказалось нетленным. В 1875 году нетление тела святителя было подтверждено во время производимого в Спасском соборе ремонта. Однако в советское время Спасский собор был снесен и мощи святителя Георгия оказались утеряны.

 В 1993 году состоялась канонизация святителя Георгия как местночтимого белорусского святого. Память его празднуется в Соборе Белорусских святых (Неделя 3-я по Пятидесятнице)

1. Бантыш-Каменский Н.Н. Историческое известие о возникшей в Польше Унии… – М. «Паломникъ», 2001.

2. Афанасий (Мартос), еп. Беларусь в исторической,  государственной и церковной жизни. – Мн. Изд. Бел Экзархата, 1990.

3. http://piligrim.by/content/view/244/503/ Святитель Георгий, архиепископ Могилевский.

4. http://history-mda.ru/publ/svyatitel_georgiy_ko_51.html Колыванов Г. Е.,  кандидат богословия МДА.  Святитель Георгий (Конисский), архиепископ Могилевский, и его время.

 

ПРИЛОЖЕНИЕ

Святитель Георгий Конисский

Речь Польскому королю Станиславу Августу,

 В защищение Православной Веры, произнесенная в Варшаве, июля 27 дня 1765 года

 Пресветлейший король!

Всемилостивейший государь!

        Учитель народов, Апостол Павел, будучи окован цепями, блаженным почитал себя, когда представил дело свое на суд Царю Агриппе, которому известны были обстоятельства оного. О! сколь блаженнейшим должны себя почесть ныне мы, видя в священной Особе Твоей Государя и Верховного Судию, не токмо совершенно сведущего о делах всех подданных Своих, следственно и об наших, но и всеми добродетелями одаренного, мы, которые с давнего времени принуждены влачить оковы, возложенные на совесть нашу!

        Нам нет нужды в настоящем случае оправдываться, и пространным словом  доказывать, что мы страдаем невинно. Ты ведаешь, Всемилостивейший Государь, что как предки наши, так и мы, потомки их, никогда и никакого не сделали преступления, ни пред любезным Отечеством нашим, ни пред Августейшими Королями, но, ревнуя примеру предков, всегда готовы верность нашу к Отечеству и Государю, запечатлеть самою кровию своею.

       Вера наша – вот единственное преступление, в котором нас обвиняют. Но Ваше Величество изволите ясно видеть, заслужила ли и она сделаться пленницею? Наша Вера Христианская, и совершенно согласная с Римо-Католическою, во всех тех предметах, кои служат основанием спасения, и доставляют средства к оному. А хотя и есть некоторое различие, но оно состоит в предметах неважных, или утверждается на мнениях человеческих. Но и тут не было бы разности, если б было возможности не следовать убеждению совести. Однако разделение сие, столь маловажное, которое весьма легко загладить христианскою любовию, произвело между чадами Церкви Христовой ужасный необычайный раздор, и, так сказать, растерзало нешвенную оную ризу Спасителя! О сем не могу и говорить без слез.

       Мы Христиане, но Христианами же утесняемся; верные, но верными озлобляемы более, нежели неверные! Запечатаны наши Церкви, в которых прославляется Христос; а Жидовские синагоги, в которых изрыгают хулы на Него, открыты и неприкосновенны. За то, что мы не дерзаем толковать вечные Божии законы согласно с преданиями человеческими, и, так сказать, не смешиваем неба с землею, — а то, говорю, называют нас схизматиками, еретиками, богоотступниками. За то, что страшимся противоречить с бесстыдством гласу совести, осуждают нас на заключение в темницы, на раны, на позорную казнь и сожжение!

      Но, если в самом деле мы достойны сих наказаний: то почему же Казимир Великий, знаменитейший Польский Король, соединив Русь с Польшею, вместе с тем соединил и Греко-Российскую Церковь с Римо-Католической, но не как рабу с Владычицею, а как свободную и союзницу, имеющую те же права, и преимущества, в равной мере обеим присвоенные? Почему Король Ягелло, столь ревностный по Вере, издав строжайший закон против еретиков, вкравшихся сюда из Богемии, в нашей Религии не нашел никакой тени ереси, достойной осуждения? Почему Сигизмунд Август, священного оного корня последняя отрасль – в привилегиях своих начертал так ясно, как свет солнечный, что Вера наша никому не преграждает пути даже к первым чинам и достоинствам в Отечестве?  Почему знаменитый тех веков Сенат и главные члены онаго, Епископы Римо-Католические, ревностные блюстители Веры, мужи мудрые и благочестивые, подтвердили те же права своими голосами, во всей силе их и без всяких изменений? Наконец, почему древние благородные Рыцари, которые из ревности к Вере, во время чтения Евангелия обыкновенно обнажали мечи свои, почему, говорю, они теми мечами не поразили нас, если видели точно, что мнения наши не сообразны с учением Евангельским?

      Сии и премногие другие, самые давние доказательства невинности нашей подробно известны Вашему Величеству. Следовательно и единое сведение Ваше о сем не позволяет уже нам отчаиваться в правоте дела нашего; а лик добродетелей, украшающих душу Твою, одушевляет нас несомненною в том надеждою.

      Так, Пресветлый Король! Ты исполнен ревностью по Вере Римо-Католической: но ревность Твоя чистая и прозорливая. Имеешь и особливое усердие к распространению Религии, но средствами Апостольскими. Имеешь и горячность защищать священные догматы, но не сравнивая с ними мнений человеческих. Имеешь благочестие примерное: но оно не покровительствует ни лицемерию, ни святотатственной корысти. Имеешь и особенную любовь к единоверным: но она будучи соединена с милостью ко всем вообще Твоим подданным, тем более возвышается мудростью и правосудием Твоим.

     И как мы были бы безумцами, если б дерзнули хотя помыслить, что Ты, Всемилостивейший Государь, при всем добродушии, при всей мудрости Своей, захотел бы унизить Себя пред Царем Агриппою, пред Царем, говорю, который, не имея в душе не единой добродетели, по справедливости однако присудил Апостолу Павлу освобождение от уз. Притом Агриппа был поставлен в зависимости от Верховного Кесаря, а Ваше Величество от Бога поставлены над нами и Государем и Кесарем. Почему мы совершенно уверены, что Ты по верховной власти Своей, всемилостивейше повелеть соизволишь возвратить нам и совесть и нашу прежнюю свободу.

      Повергаясь к стопам Вашего Величества, всеусильно умоляем о том. Молим же и Царя Царей, да утвердит Он на многие лета в деснице Твоей державный скипетр царства сего, который токмо избраннейшему и достойнейшему вручается, и да соделает, чтобы Ты, превысив уже всех предшественников Своих Королей Польских, единодушным избранием, превзошел также Их благоденствием, славою и величием подвигов, долголетием жизни.

      Впрочем, сие наше дело Вашему Королевскому Величеству препоручает Пресветлейшая Императрица Всероссийская, яко единственная Покровительница Веры нашей, в Высочайшей Своей Грамоте, которую Вашему Величеству с благоговением подношу.

  history-mda.ru

Православный день